«Сингапур мы перегоним»: интервью с директором Союза ИТ-предприятий Армении Кареном Варданяном

«Сингапур мы перегоним»: интервью с директором Союза ИТ-предприятий Армении Кареном Варданяном

16356
ПОДЕЛИТЬСЯ

Уходящий год ознаменовался многочисленными успехами армянских ИТ-компаний на международной арене. В условиях тотального дефицита ИТ-специалистов, особенно среднего и высшего звена, а также сложной экономической ситуации в мире многие зарубежные компании с большим интересом следят за стремительно развивающимся армянским рынком инновационных технологий. Армения, в свою очередь, ищет выхода на новые рынки.

Но ИТ – не предел и не конечная остановка, полагает наш сегодняшний собеседник, исполнительный директор Союза ИТ-предприятий Армении (UITE) Карен Варданян.

«ИТ — это только начало, всего лишь легкое начало. От информационных технологий нам надо переходить к научно-конструкторским работам в области комплексной инженерии, и когда у нас и на этом поприще будут такие-же успехи, как в ИТ, то следующим шагом будут высокоточные производства, параллельно – грамотное использование природных ресурсов. Для создания нормальных условий проживания нам надо посадить несколько сотен миллионов деревьев, в чем могут быть полезны и ИТ-технологии».

Г-н Варданян, подводя итоги года, можете ли Вы назвать его прорывным для ИТ-сферы?

Думаю, да. В некотором смысле уходящий год можно назвать определяющим. Во-первых, начали достигать успеха те компании, которые после кризиса 2009-го определились в сторону создания собственных продуктов. Это, к примеру, PicsArt, попавший по версии журнала Forbes в пятерку наиболее востребованных среди инвесторов и привлекших больше всего средств компаний. Проект был оценен в $250 млн. Это также Triada Studio с их игрой Shadowmatic, которая получила награду Apple Design Awards и была признана игрой года во многих странах мира; это проект SoloLearn, признанный одним из десяти самых быстроразвивающихся стартапов Силиконовой долины с финансированием до $10 млн.

По моим подсчетам, на сегодняшний день в Армении около 6-7 компаний, достигших крупных успехов в этом году. Раньше такого подъема не наблюдалось, потому что сектор был не то что более аутсорсинговый, но более заточенный на инженерные проекты. В стране действовало много подразделений западных инженерных компаний. И в этом смысле важно отметить начало новых тенденций и процессов в сфере. Пока это только начало – хорошее, но все еще впереди. Так что в этом смысле, да, я уверен — год стал прорывным .

Какими факторами Вы обуславливаете успех, что дало толчок к переходу на качественно новый уровень?

Кризис 2009-го года показал, что надо быть более диверсифицированными, более независимыми. Этого можно достичь лишь создавая собственные продукты. Когда рискуешь, выходишь на рынок, предлагая не просто услуги, а собственные разработки, это автоматически повышает авторитет и ценность в глазах партнеров. Соответственно – дает большую свободу действий, новый импульс и повышает мотивацию. Когда команда работает на аутсорсинг, то единственным мотивирующим элементом является финансовая выгода. Совсем другое дело — создание собственного детища. Тут мотивация совершено иного уровня, да и команды получаются более сплоченными — из таких коллективов люди не уходят. Такая вот особенность.

В прошлом году мы проработали стратегию Why Armeniа? (Почему Армения?), ставшую краеугольным камнем развития нашей сферы с 2014 по 2018 гг. Новая стратегия должна, собственно, ответить на озвученный вопрос. Цель – добиться совершенно нового для нашей страны позиционирования на международной арене, создать брэнд высокотехнологичной страны. В основу этой концепции заложены принципы качества, креативности и способности к адаптации, причем — как в плане технологий, так и в плане культур. Мы работаем с разными культурами: сегодня с индийской фирмой, завтра с бeльгийской, послезавтра — с американской. Работа с представителями разных культур требует совершенно разных подходов, и это надо принимать во внимание.

Следующим этапом стратегии является концепция Surprising Engineering, то есть «приятно удивляющие инженерные решения». Как следует из названия, наш подход – это работа на опережение. Не просто оправдывать ожидания клиента, а — превосходить. Так что «почему Армения»? Потому что это страна неожиданных инженерных решений.

Основываясь на этих базовых принципах, а также на нашей богатой инженерной традиции, полной изобретений истории, мы можем вливаться в этот рынок с совершенно других позиций: с адекватной самооценкой, уважая себя, в первую очередь. Мы не должны ходить с протянутой рукой в русле логики «мы такие бедные, дайте нам работу, а мы сделаем подешевле». Нет, на рынок надо выходить с правильной самооценкой, а это, в свою очередь, совершенно меняет отношение клиентов. Бизнес есть бизнес, переговоры — переговорами, но очень важно, как тебя видит и воспринимает бизнес-партнер. Когда он осознает, что имеет дело с людьми, преисполненными самоуважения, с людьми, у которых нет проблем с самооценкой, то на интуитивном уровне приходит понимание – твои визави пунктуальны, добросовестны, не нарушают договоренностей и так далее. Реноме повышается.

Новая стратегия уже дала плоды, выраженные в материальном практическом смысле?

Принцип самоуважения, заложенный в нашу стратегию, уже себя оправдывает, давая вполне осязаемые результаты. На сегодняшний день есть, как минимум, две наглядные иллюстрации успешного ее применения. Так, Why Armenia была внедрена в бизнес-схему одной из наших компаний — Volo, открыв перед ней серьезные перспективы. В частности, компания всего за 8 месяцев более чем утроила штат сотрудников – с 20 до 65 человек. Помимо этого, произошел и качественный скачок, поменялась атмосфера в команде. Надеемся, что и другие наши компании переймут опыт коллег, узнают, как это работает на практике и так далее.

Вторая иллюстрация более глобальна: нам в этом году удалось добиться права на проведение Всемирного конгресса информационных технологий в 2019 в Армении. Соответствующее решение было принято на заседании Совета директоров Всемирного альянса информационных технологий и услуг (WITSA), членом которого является UITE. Это очень престижное и ответственное мероприятие, которое проводится раз в два года (начиная с 1978-го) и является одним из крупнейших мероприятий в ИТ-сфере. В нем принимают участие 2-3 тыс. лидеров ИТ-бизнеса почти из 100 стран мира. Это огромное достижение, в нашей стране никогда не проводилось столь крупного специализированного мероприятия. Ну, разве что шахматная олимпиада, но это все равно не тот уровень. В 2019 здесь соберутся топ-менеджеры практически всех всемирно известных компаний.

К нам начали относиться серьезно, когда мы сами начали себя уважать себя. Помните, как в «Мимино» (культовый советский фильм режиссера Данелии – ред.): «когда мне будет приятно, я так довезу, что тебе тоже будет приятно».

Так что мы заработали право на проведение Конгресса и уже начали серьезную подготовку. В запасе 3-4 года, и мы должны быть к нему абсолютно готовы — второго такого шанса не будет! Но если правильно его использовать, то все наши компании получат огромные возможности для дальнейшего роста.

Организация мероприятия такого масштаба потребует огромных финансовых и прочих затрат. Справитесь?

Несомненно, конгресс — высокорасходное мероприятие. Необходимо найти международных спонсоров, подготовить очень сильную ивент-менеджмент компанию, и, что самое главное, подготовить контент, то есть — содержание. Нужно определиться, что мы будем ставить во главу угла. На сегодняшний день нам кажется, что миру будет интересен наш опыт создания инженерных лабораторий в школах. Надеюсь, что к 2019 такие лаборатории будут действовать во всех армянских школах. О необходимости перевода части инженерного образования в общеобразовательные школы говорят все — и в Массачусетском университете (главный технологический вуз США — ред.), и топ-менеджеры индустрии, однако серьезного опыта в этом направлении нет. У нас пока тоже нет, но есть целеполагание, и мы уже около трех лет движемся в этом направлении, разрабатываем методологию. Пока немного прижимает финансовая сторона вопроса, хотя нужно не так уж много – миллионв $10. С этой суммой реализовать программу по всей стране — вполне реально. Это даст очень мощный толчок к развитию индустрии, потому что качественно повлияет на мироощущение народонаселения, на его самооценку — заставит себя уважать. Реализация программы обеспечит рост темпов развития ИТ-сферы в стране за счет практически двойного увеличения притока кадров.

Вы регулярно говорите о дефиците кадров в ИТ-сфере Армении. Как обстоят дела на этом фронте сегодня?

У нас есть три вида дефицита. Один — это каждодневный дефицит работников на внутреннем рынке. Дело в том, каждый год в сфере ИТ появляется 2000 новых вакансий, из которых 300-400 так и остаются незанятыми. Наблюдается постоянная нехватка кадров, обусловленная темпами роста индустрии, за которыми не поспевают образовательные учереждения. Университеты попросту не дают необходимое количество квалифицированных специалистов. Практически все успешные ИТ-компании в Армении имеют собственные тренинг-центры, на базе которых и «растят» будущих сотрудников. Университеты дают порядка 1700 выпускников в год в сфере ИТ, из которых лишь человек 300 сразу идут работать. Остальным же, чтобы попасть на трудовой рынок, нужно учиться еще около года. Получается, что компаниям приходится прилагать совершенно лишние усилия и это абсолютно нецелесообразная трата времени и ресурсов.

Второй вид дефицита — спрос на наши кадры со стороны международных компаний. Ввиду общего дефицита ИТ-специалистов в мире, многие зарубежные компании, в основном уже знакомые с некоторыми нашими успешными менеджерами, предлагают открывать филиалы своих компаний на 300-500 человек в Армении. И получают отказ, потому что у нас и на свои предприятия людей не хватает. Так мы теряем порядка еще 2000 рабочих мест в совокупности. Это такие — «легкие» рабочие места.

Но есть и более сложная работа, на которую мы нацелились. Речь об общем дефиците ИТ-специалистов в мире, включая сферу электроники, програмирования, комплексной инженерии и так далее. Дефицит кадров в области информационных технологий на сегодняшний день в мире составляет 2 миллиона человек. Нехватка кадров — бич отрасли. Разница между потребностью и тем, что на выходе предлагают университеты, огромная. К 2018 году дефицит составит уже порядка 3 млн, а к 2020 и эта цифра продублируется.

Наша концепция, помимо прочего, направлена на изменение мировозрения, менталитета. У людей сознание деформировано, не только у нас – во всем мире. После окончания школы многие идут получать «бесполезные» профессии, а потом не могут найти работу из-за перенасыщения рынка труда. Сейчас юристов, экономистов и бизнес -администраторов хоть пруд пруди, и никому они не нужны. В то время как есть реальный дефицит в нашей сфере, и сейчас по всему миру будет идти гонка по восполнению кадрового вакуума. В ней участвую и тайваньцы, и сингапурцы, и индийцы, и сами американцы. Мы тоже хотим участвовать.

На рынке труда миллионы вакантных мест, и спрос есть на специалистов совершенно разного профиля. Где-то нужно выполнять простейшие задачи, писать код, например, а где-то заниматься более сложными вещами. И поскольку нас мало (и все мы в тельняжках — шутит), то мы нацелились на сложное – на комплексную инженерию, где кадры ценятся в разы больше и стоят, соответственно, дороже. Поэтому мы и решили пойти путем создания инженерных лабораторий в школах. Мне кажется, это верное решение. Конечно есть и другие задачи, которые надо решать – цель мы поставили довольно амбициозную. Но, думаю, миру мы будем интересны именно в этом смысле, в контексте ответа на вопрос Why Armenia.

Надеюсь, что к 2019 ому году наша страна будет единственной в мире, где инженерные лаборатории будут внедрены во всю образовательную систему. Я очень на это надеюсь. Это, можно сказать, цель моей жизни.

Так что основным лейтмотивом Международного Конгресса 2019 года будет наш уникальный опыт, который, предположительно, захотели бы перенять во всем мире.

Принимает ли государство какое-то участие в реализации программы по внедрению инженерных лабораторий в школах?

Молчи, грусть, молчи! (смеется). Если серьезно, то у нас была встреча с премьер-министром, он нам пообещал, что ровно половину расходов по реализации программы государство возьмет на себя. Надеемся, что обещание будет выполнено, но пока…

Красноречиво. Расскажите, пожалуйста, поподробней о самих лабораториях, и сколько их уже действует по всей стране?

Если раньше у нас действовало 60 кружков робототехники, то с этого года мы начали практику внедрения инженерных лабораторий расширенного формата. Это очень интересный проект, суть которого заключается в том, что ребенок изначально работает в «армянской» среде. Что это означает? То, что лаборатории укомплектованы компьютерами и периферийными устройствами, собранными в Армении, программная среда на армянском языке также разработана в Армении, ЧПУ-устройство тоже сделано у нас. Методология, электронная лаборатория — все разработано в Армении. Это влияет на мировоззрение ребенка, позволяет ему понять, что он живет в высокоразвитой стране, и это совершенно меняет состояние ума.

В этом году был реализован один очень интересный пилотный проект. Мы отобрали самых талантливых детей в инженерии и организовали их досуг совершенно особым образом. Так, с помощью ансамбля «Карин» обучали национальным танцам. При поддержке «Фонда по изучению армянской архитектуры» возили ребят в походы и знакомили с памятниками архитектуры. «Школа выживания» тоже внесла свою лепту: дети учились стрелять, метать ножи, получали первичные навыки в альпинизме, переходили через реки.

Тут вы в определенном смысле берете на себя функцию государства, проводя своего рода патриотическое воспитание. Пытаетесь ли вы таким образом предотвратить отток интеллектуального капитала страны за ее пределы, прививая дух патриотизма и гордости за родину с младых ногтей?

Да, это делается в первую очередь для воспитания патриотического духа, чтобы у них не возникало желания покинуть родину. Такая практика также помогает создать сильный командный дух и мощную ориентацию на защиту страны. Инновационный лагерь был разбит в Дилижане, и для участия в проекте были отобраны «самые-самые». Его апробация прошла очень успешно, и мы планируем дальнейшее его внедрение уже во все клубы.

В инженерии вообще очень важна культурная составляющая. Во времена СССР основными посетителями театров, выставок и прочих культурных мероприятий были как раз представители инженерной области. Потом у нас случился спад, сильно ударивший по престижу профессии, но сейчас мы идем на восстановление.

Эти программы реализуются и в регионах?

Мы в целом ставим акцент именно на регионы, в Ереване вообще мало что делаем.

Ереван страдает…

Ереван может сам о себе позаботиться, а мы нацелены на регионы. Одним из наших приоритетных направлений является обеспечение работой выпускников региональных школ, решивших делать карьеру в нашей сфере. На сегодняшний день у нас уже есть опыт обеспечения работой выпускников в региональных ИТ-компаниях.

Чтобы ограничить отток выпускников из регионов в Ереван, мы планируем создать «Онлайн университет», где ребята смогут получить образование, не оставляя родные места. Молодые и талантливые не должны тратить время на ненужные вещи. Самые инновационные продукты создаются в самом юном возрасте, пока человек еще способен на нестандартное мышление.

Какими еще достижениями отмечен уходящий год?

Мне кажется, самым успешным мероприятиям этого года стал ежегодный бизнес-форум DigiTech. В этом году зафиксировано очень сильное международное участие. DigiTech становится действительно популярной международной площадкой.

Другой важный момент: число посетителей технологической выставки DigiTech в этом году составило 50 000 человек, то есть больше, чем на всех выставках Армении вместе взятых. Это говорит о том, что как инженерный народ мы еще не умерли. Реальный потенциал выставки — более 100 000 посещений, и в ближайшие года три нам надо достигнуть отметки в 120 -150 тысяч. Честно говоря, у меня в какой-то момент было ощущение, что предел достигнут. В прошлом году выставку посетило 30 000 человек, а в этом мы ожидали лишь небольшого увеличения числа посетителей. Но тут произошел резкий скачок и — неожиданный, надо сказать. Так что будем работать в этом направлении, посмотрим.

Очень удачно также прошел Конгресс высоких технологий ArmTech, в котором приняли участие достаточно серьезные люди со всего мира, в числе которых вице-президент Microsoft.

Продожают успешно функционировать сгенерированые ранее международные проекты: это и Армянская национальная инженерная лаборатория, и центр Microsoft Innovation, центр IBM, армяно-индийский центр. Все эти проекты стартовали несколько лет назад и сегодня уже дают свои плоды.

Все это радует, но хотелось бы также поговорить о неудачах. Они, несомненно, тоже были.

Вы хотите заставить читателей плакать? (вздыхает и смеется).

Если серьезно, то без неудач — никуда. Неудачи всегда бывают, и это абсолютно нормально. Вообще, культура неудач – одна из самых важных. Вопрос только в том, что как раз ее то у нас и нет, к сожалению.

Приведу один пример, очень важный, на мой взгляд. В свое время к нам на вручение президентской премии приезжал председатель совета директоров Intel Крейг Баррет, и провел небольшой семинар, в ходе которого озвучил две очень важные мысли.

Запомнился один его рассказ. Будучи президентом Intel, вопросами кадров Баррет занимался только тогда, когда речь шла о каких-то ключевых постах: представители компаний в других странах, руководители подразделений — топ-менеджеры, словом. К нему приходили люди с толстыми биографиями с перечислением всех достижений. У всех за плечами были «гарварды», «стенфорды», «эмайти», серьезные должности в «кока-колах» разных. Баррет этим людям говорил: «можете повесить свою толстую историю успеха у себя в… (в отхожем месте – ред.), а мне принесите историю своих неудач. Я работал там-то, у меня случилась такая-то неудача, и я вышел из положения таким-то образом, это меня научило тому-то».

Эта история очень показательна. Неудача — очень полезное упражнение для любого человека, и если хотя бы 10 человек смогут этому это упражнение пройти, то для Армении это может обернуться большим плюсом. У нас будет сразу 10 очень мощных личностей, понимающих, что неудача — это всего лишь обратная связь с миром. Вот этой культуре неудач нам еще предстоит учиться. Анализировать ошибки, думая, что положительного можно извлечь из негативного опыта, как решать сложные задачи и идти вперед.

Второй очень мощный посыл, с которым выступил Баррет, и что очень важно для нашего понимания – это сила потока. Он объяснил, что технологическую мощь Америки определяет не Microsoft, не Google, не Synopsys, не Oracle и не Intel, а десятки тысяч малых и средних предприятий, некоторым из которых везет, и они становятся «майкрософтами». Но основная мощь в самом потоке, а не в единичных случаях рыночного успеха отдельно взятой компании.

Баррет привел пример США, но, думаю, это урок еще актуальнее для наших — армянских реалий. До сих пор некоторые наши руководители — как в отрасли, так и в государстве, — все еще остаются приверженцами привода в страну мультинациональных компаний, как первоочередной задачи. Это важно, но не первостепенно. В первую очередь нам нужно работать над созданием собственных кадров, собственной «реки».

Так чуть ли не все армянские СМИ рапортуют о буме стартапов в этом году.

Бум – это как бы преувеличение, я бы так не назвал, но принятый в начале года «Закон о государственной поддержке отрасли информационных технологий» несомненно простимулировал отрасль, привел к созданию около 60 новых предприятий. Но этого мало. В Армении все качественно изменится, когда в стране будет 2-3 тысячи технологических предприятий. На сегодняшний день действуют лишь 500. Думаю, реалистично достичь заветной цифры лет за 5-6, но усилий одной организации недостаточно. Необходимо консолидировать силы всего технологического сообщества, сферы образования и государства. Если нам удастся, то это будет залогом возврата домой если не всех, то — значительной части покинувших страну граждан.

В 90-х мы своими руками разрушили все свое технологическое наследие. Сегодня трудно представить, конечно, что нам удастся достигнуть прежнего уровня, когда в Армении в сфере ИТ работало 100 000 человек, столько же — в электротехнике, в механике, химии, но стремиться к этому надо.

В одном из своих интервью года три назад Вы обозначили отсутствие культуры продаж, как одну из серьезных проблем ИТ-сферы в Армении. Есть ли какие-то подвижки в этом вопросе?

Определенные подвижки есть, связанные опять-таки с тем, что мы начали выходить на рынок с собственным продуктом, что заставляет в каком-то смысле учиться продавать. Но есть еще и другое важное поле — освоение новых рынков. В этом году у нас были две достаточно успешные поездки в Африку, в частности, в Эфиопию, где концепцию Why Armenia применять не нужно, узнаваемость бренда «Армения» и так на уровне. Нас там очень хорошо знают, уважают.

Но в целом освоение новых рынков требует совершенно другого организационного опыта и совершенно другого типа мышления. В плане международной кооперации нам не хватает зрелости, и это надо менять. Вопрос включает в себя как культурную компоненту, так и чисто техническую. Существуют проблемы кооперации внутри Армении — между нашими компаниями. Очень часто мы сталкиваемся с ситуацией, когда для создания продукта необходимо объединить усилия многих предприятий. То есть надо создать условия, при которых компании могли бы эффективно взаимодействовать.

Г-н Варданян, вопрос немного не в тему, но все-таки. Как бы Вы, в качестве главы союза ИТ-предприятий Армении, описали несколькими словами пройденный вашей организцией путь?

Я стоял у самых истоков, но директором Союза являюсь последние 10 лет. На мой взгляд, наш Союз — это единственный успешный опыт консолидации в стране. На сегодняшний день в Союзе состоят около 80 предприятий. За 10 лет мы наблюдали совершенно разные мотивы консолидации. Если раньше основным мотивирующим фактором выступали бизнес-интересы, то сегодня картина совершенно иная – сейчас людей волнуют вопросы образования, национальной безопасности, самоуважения, становления страны как высокотехнологичной державы. Хотя, державы – это конечно сильно сказано, но страны, которая бы могла занять прочное место в мире высоких технологий.

Я очень надеюсь, что наш пример вдохновит представителей и других отраслей. И такая тенденция уже наблюдается. Тем, кто пойдет по нашему пути будет легче, потому что дорожка уже проторена. Я вообще считаю, что для нашей страны – это единственный возможный путь. Консолидация нужна на всех уровнях — только так мы можем стать нормальной страной, все остальное — брехня и политические спекуляции.

Я не считаю, что наша структура многого достигла, мы только в начале пути, только-только начинаем что-то понимать. Чтобы мы могли эффективно воздействовать на государство, нужно наше дело продолжать и нужны качественные изменения. Пока что мы находимся в стадии действия, а не воздействия. А все потому, что пока не достигли уровня адекватной кооперации с государством: элементы уже вырисовываются, но нет отлаженного, четко работающего механизма.

Г-н, Варданян, полушутливый вопрос. Мы все-таки догоним Сингапур?

Думаю, мы его перегоним. Проблема только в вопросе консолидации общества, который мы уже обсуждали. Там это удалось. Нам пока надо у них учиться. Они сами достигли высот, перенимая чужой опыт и анализируя свои слабые стороны. К примеру, в Сингапуре не было абсолютно развито предпринимательство. Что делали сингапурцы? Создавали такие условия гонконгским студентам, чтобы те приезжали учиться в Сингапур и строить там же впоследствии свой бизнес.

Формула на самом деле очень простая. В стратегии нужно находить и работать над слабыми сторонами. Тактику же надо выстраивать, исходя из обратной логики – то есть находить сильные места и делать упор на них. Мысля стратегически, надо получить то, чего у нас нет, тактически – усиливать то, что есть. К примеру, здоровье – это стратегическое звено. Если нет здоровья, то нет работы, семейной жизни ит.д. Значит над этим надо работать. В этом смысле может помочь спорт. И тут, с точки зрения тактики выбрать надо тот вид спорта, в котором ты силен.

Спасибо за интересную беседу, г-н Варданян.

Подготовила Анаит Баласанян